Анненков, Ю. Дневник моих встреч. Фрагменты черновых рукописей двух глав. [Париж]. [1961-1965].

Анненков, Ю. Дневник моих встреч. Фрагмент черновой рукописи главы «Зощенко». [Париж]. [1961-1965]. 2 с. 27×21 см. Фрагмент представляет собой список (с небольшими правками) с «Постановления оргбюро ЦК ВКП(б) о журналах „Звезда и Ленинград“ 14 августа 1946 года», собственноручно выполненный Анненковым.

«... Грубой ошибкой „Звезды“ является предоставление литературной трибуны писателю Зощенко, произведения которого чужды советской литературе. Редакции „Звезды“ известно, что Зощенко давно специализировался на писании пустых, бессодержательных и пошлых вещей, на проповеди гнилой безыдейности, пошлости и аполитичности, рассчитанных на то, чтобы дезориентировать нашу молодежь и отравить ее сознание. Последний из опубликованных рассказов Зощенко „Приключения обезьяны“ („Звезда“, № 5–6 за 1946 г.) представляет пошлый пасквиль на советский быт и на советских людей. Зощенко изображает советские порядки и советских людей в уродливо карикатурной форме, клеветнически представляя советских людей примитивными, малокультурными, глупыми, с обывательскими вкусами и нравами. Злостно хулиганское изображение Зощенко нашей действительности сопровождается антисоветскими выпадами.

Предоставление страниц „Звезды“ таким пошлякам и подонкам литературы, как Зощенко, тем более недопустимо, что редакции „Звезда“ хорошо известна физиономия Зощенко и недостойное поведение его во время войны, когда Зощенко, ничем не помогая советскому народу в его борьбе против немецких захватчиков, написал такую омерзительную вещь как „Перед восходом солнца“...» Этот текст вошел в окончательную редакцию главы «Зощенко».

Анненков, Ю. Дневник моих встреч. Фрагмент черновой рукописи главы «Замятин». [Париж]. [1961-1965]. 3 с. 27×21 см; 14×21 см.

с. 1 — фрагмент с разночтениями:

«Положение Замятина в Советском Союзе становилось все тягостнее, все трагичнее. Печатанье его произведений было прекращено. Пьеса „Блоха“ была снята с репертуара. Новая пьеса Замятина, над которой он работал около трех лет, „Аттила“, была запрещена к постановке. РАПП, то есть Российская ассоциация пролетарских писателей, потребовала и, конечно, добилась исключения Замятина из состава Правления Союза писателей.„Литературная газета“, в свою очередь, написала, что книгоиздательства следует сохранять, „но не для Замятиных“, и т. д. Замятину пришлось заняться исключительно переводами. Судьба Бориса Пастернака, судьба Анны Ахматовой и многих других. Переводы Замятина с английского языка были, кстати сказать, исключительно высокого качества. Но Замятин в конце концов не вытерпел и написал в июне 1931 года личное письмо Иосифу Сталину с просьбой выдать разрешение на выезд за границу. В этом письме, обращаясь к Сталину, он говорил: „Приговоренный к высшей мере наказания — автор настоящего письма — обращается к Вам с просьбой о замене этой меры другою... Для меня как писателя именно смертным приговором является лишение возможности писать, а обстоятельства сложились так, что продолжать свою работу я не могу, потому что никакое творчество немыслимо, если приходится работать в атмосфере систематической, год от году все усиливающейся травли... Основной причиной моей просьбы о разрешении мне выехать вместе с женой за границу — является безвыходное положение мое как писателя здесь, смертный приговор, вынесенный мне как писателю здесь“. Полностью это письмо опубликовано в замятинском сборнике „Лица“ (Изд. имени Чехова, Нью-Йорк, 1955).

Поддержанное Максимом Горьким разрешение на выезд было Замятиным наконец получено, и в ноябре 1931 года...». Этот текст вошел в окончательную редакцию главы «Замятин» с незначительными изменениями.

с. 2-3 — Текст с правками: "Протокол заседания комиссии по изучению современной литературы, 29 ноября 1926 г.... На повестке: Е. И. Замятин — "О Блохе.

...В 1929 году такое письмо еще могло быть напечатано в Советской прессе. Но, "в общем и целом"как принято говорить в Советском Союзе, "дело Замятина"и как мы видим — дело Пильняка было уже точным прототипом истории Пастернака, прогремевшей на весь мир в 1958 году только потому, что в его "историю«включилась международно известная «Нобелевская Премия»" Текст в окончательную редакцию не вошел. Вошли отдельные фразы и ссылки.

Чрезвычайная редкость. Рукописи из культового произведения Ю. Анненкова предлагаются впервые.

Эстимейт: 40 000 – 42 000 руб.
Цена: 40 000 руб.