[Один из первых мостов Петербурга] Гравюра: Вид на старый императорский Зимний дворец и канал между Мойкой и Невой [Зимнюю канавку] в С. Петербурге / [по М.И. Махаеву]. [Vue de l’ancien Palais d’Hiver de Sa Majeste Imperiale et du Canal qui Joint la Moika aves la Neva, a St. Peterburg. На фр. и англ. яз.]. Париж: chez Jacues Chereau, [конец XVIII в.]. (Серия: Vue de l’Ancien Palais [Виды старинных дворцов]). Бумага, резец, акварель. 34,5×53 см (лист); 40×53,5 см (паспарту). Легенда на английском и французском языках; выходные данные — на французском. Название серии на верхнем поле — в зеркальном отражении. Гравюра закреплена на паспарту.

Гравюра принадлежит к так называемым «Vue d’Optique» — оптическим видам, которые были предназначены для просмотра в специальной камере «Волшебный фонарь». На это указывает зеркально перевернутое название на верхнем поле.

На гравюре изображен старый деревянный подъемный мост, разобранный в середине XVIII в. Данная гравюра выполнена с известной гравюры по рисунку М.И. Махаева «Проспект старого зимнего дворца с каналом соединяющим Мойку с Невою», впервые опубликованной в альбоме «План столичного города Санкт-Петербурга с изображением знатнейших онаго проспектов» в 1753 году.

В 1720 г., одновременно со строительством деревянной набережной Невы, названной позднее Дворцовой, прорыли два канала, соединивших Неву с Мойкой; через исток одного из них — Зимнюю канавку — перебросили деревянный подъемный мост. В 1766 г. при облицовке набережной Невы гранитом на месте деревянного построили каменный горбатый однопролетный арочный мост, называвшийся сначала Верхним Набережным, а затем Эрмитажным.

Темин «Vue d’Optique» [оптический вид] обозначает очень специальный вид или жанр старых офортов. Они впервые появились в Англии, и во второй половине XVIII века распространились по Европе. Основными центрами производства «Vue d’Optique» стали Аугсбург и Париж. Эти виды демонстрировались в специальных ящиках на ярмарках по всей Европе. За плату можно было полюбоваться видом через линзу, которая увеличивала изображение и давала иллюзию трехмерности. Обеспеченная публика стала приобретать такие устройства и для домашнего использования, а также коллекционировать гравюры для «Волшебного фонаря». Эти гравюры раскрашивали перед продажей. Размеры разных серий разных издательств были примерно одинаковы, так как все они должны были соответствовать размерам ящика. Названия, как правило, печатались на нескольких языках и часто повторялись сверху в зеркальном отражении, которое переворачивалось обратно при просмотре через линзу.

Эстимейт: 25 000 – 27 000 руб.