Собственноручное письмо Бориса Пастернака, адресованное Марине Николаевне Мицишвили. Дат. 8 декабря 1959. 1 л. 28,5×20,5 см. В оригинальном конверте (15×11 см). Небольшие надрывы по сгибам.

«Дорогая Марина Николаевна, благодарю Вас за драгоценную книгу, которой я не заслужил и на которую не знаю, чем Вам ответить. Отчасти я виноват, что сам напросился на этот подарок. Вы не единственная, кого этой весной я ввел в заблуждение. Неосторожно вырвавшиеся у меня тогда слова о моих планах повели к тому, что мне и из-за границы стали посылать книги об античности и первых веках христианства. А тем временем я занялся совсем другой темой, в которую и ушел с головой. Я очень занят, не всегда себя хорошо чувствую, и шлю сердечные приветы Вам, Вашей маме, брату и товарищам по работе. Еще раз спасибо. Ваш Пастернак».

В письме говорится о книге «Мцхета» с уникальным материалом раскопок в Армази.

Марина Мицишвили — дочь грузинского поэта и редактора издательства «Заря Востока» Николо Мицишвили, репрессированного в 1937 году. О приезде Пастернака в Тбилиси весной 1959 года Марина оставила воспоминания: «Однажды на проспекте Руставели, возле Оперы, на той стороне, где обычно народу мало, я встретилась с дочерью Тициана, Нитой Табидзе. Ее сопровождал мужчина старше средних лет. Нита обратилась к нему — не напоминаю ли я ему кого-нибудь и добавила, что я дочь Николо Мицишвили. Реакция Пастернака была мгновенной — как-же, как-же, она, мол, очень напоминает отца жестикуляцией. Дома я рассказала маме о том, что приехал Пастернак... Мама на второй же день отправилась к тете Нине и проведала Пастернака, с которым не виделась с конца 30-х годов, с того времени как с клеймом „ЧСИР“ („член семьи изменника родины“ — И. М.) восемь лет отбыла срок в сталинских концентрационных лагерях. В конце визита мама пригласила Пастернака на обед. Он ответил категорическим отказом, мотивируя его тем, что не хочет послужить причиной новых для нее неприятностей, их в ее жизни было, мол, и так предостаточно. Мать успокоила его, сказав, что ей больше нечего бояться, что хуже пережитого вряд ли может что-либо с ней случиться. В 1937 году, после ареста отца нас выселили из занимаемой нами квартиры... и вселили в одну комнатку на улице Плеханова, которую до этого отняли у семьи, разделившей участь, подобную нашей. Вот там-то и пришлось принимать нам Бориса Леонидовича 27 февраля 1959 года... В разговоре он упомянул, что интересуется античной эпохой и я предложила ему посе­тить наш музей, в котором было очень много материала, могущего вызвать его интерес» .

Представленное письмо опубликовано в журнале «Русский клуб. Общественно-художественное издание» № 5, 2008, с. 43.

Продажи: Письмо Б. Пастернака: «В Никитском» № 79 — 725 000 руб., «В Никитском» № 89 — 440 000 руб.

Эстимейт: 290 000 – 300 000 руб.