ТЕЛЕГРАФ: Гендиректор Аукционного дома «Литфонд» рассказал, как книжный бизнес справился с кризисом во время режима самоизоляции

Генеральный директор Аукционного дома «Литфонд» Сергей Бурмистров рассказал «Телеграфу» о том, как книжная индустрия справилась с кризисом во время режима самоизоляции и почему количество продаж в этот период увеличилось в 1,5 раза, а также упомянул об эффективности работы сотрудников на «удаленке».

— Расскажите о себе, как пришли в этот бизнес. Как добились успеха?

— Старинные вещи и книги были мне интересны еще с детства. В школьные годы я собрал большую библиотеку воспоминаний известных собирателей книг и книготорговцев и мечтал об открытии собственного магазина с редкими книгами. После учебы в Тимирязевской сельскохозяйственной академии устроился работать в Фонд охраны дикой природы, потом в «Тетра Пак». Шли годы, и чем выше я поднимался по карьерной лестнице, тем острее было желание бросить все и превратить антикварное хобби в основной источник дохода.

В 2007 году я наконец решился и ушел в свободное плавание. Сперва я стал издавать специализированный журнал о старых книгах. Однако денег хватило только на первый номер, который хоть и вызвал интерес среди библиофилов, но так и не смог окупить вложений. Однако удалось найти финансовую поддержку Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям, которое поддержало выпуск журнала, и он выходит до сих пор, уже 13 лет.

При журнале я и провел свой первый книжный аукцион, который тоже вызвал большой интерес среди собирателей книжных раритетов. C тех пор я подготовил и провел около 500 аукционов, начиная от редких книг и предметов искусства и заканчивая автомобилями, коллекционными винами и недвижимостью. И наконец сбылась моя мечта. Наш аукционный дом позволяет мне практически каждый день утолять свою книжную жажду и держать в руках те книги, о которых я даже и не мечтал в детстве.

За 12 лет в аукционном бизнесе изменилось многое. Мы начинали с одного аукциона в месяц и двух человек персонала, сейчас мы проводим до 10–12 аукционов в месяц. 12 лет назад количество наших покупателей было 15–20 человек, сегодня их несколько тысяч, оборот также вырос с нескольких десятков миллионов до 500 млн рублей ежегодно.

Мы проводим множество благотворительных аукционов и помогаем российским музеям и архивам. Например, на одном из аукционов мы выкупили визитную карточку Александра Блока с его карандашными пометками, — в результате упорных торгов пришлось потратить 700 тысяч рублей. В итоге мы подарили ее музею Блока в Шахматово.

— Как вы вели бизнес до того, как был введен режим самоизоляции?

— Так как объективно уже почти 10 лет вся аукционная торговля во всем мире, не исключая Россию, переходит на онлайн-площадки, то особенных изменений в работе с клиентами у нас не возникло. Все бизнес-процессы объединены в нашей корпоративной электронной базе и все сотрудники, ушедшие на самоизоляцию, получили удаленный доступ к необходимым им для работы ресурсам.

Если говорить о тенденциях последних нескольких лет, то в начале 80% выручки шло с продажи книг — мы же все-таки на этом специализируемся. И даже когда мы начали заниматься живописью, это соотношение осталось. Но вот последние 3–4 года ситуация изменилась, и живопись стала приносить примерно столько же, сколько книги. Сейчас это примерно равные доли.

— Что произошло с вами и вашими конкурентами после того, как был введен режим самоизоляции и перевод сотрудников на удаленную работу?

— Как ни парадоксально, но за апрель месяц наши продажи увеличились примерно в 1,5 раза в сравнении с предыдущими месяцами. Пришлось перестраиваться и было достаточно сложно, но, видимо, справедливо говорят, что после самоизоляции многие процессы в мире переформатируются. Вот я заметил, что наши сотрудники, которые ушли на самоизоляцию и работают на удаленке, стали гораздо продуктивнее работать.

Самая большая трудность была в том, что мы не могли принимать людей, а антиквариат — такая вещь, которую серьезные коллекционеры хотят посмотреть, пощупать. У нас сформировался пул покупателей и клиентов, коллекционеров, которые звонят, спрашивают, задают вопросы. Мы достаточно активно работаем с курьерскими службами, и сейчас 70–80% покупателей перешли на безналичный расчет.

Единственный аукцион (из 12 аукционов, запланированных на апрель), который пришлось отменить, это аукцион ретроавтомобилей, потому с ними особая ситуация: там покупателям обязательно нужно полазить, посмотреть, узнать историю, узнать технические параметры. Все остальные аукционы прошли в плановом режиме.

— Как вы лично восприняли изменения, какие меры предприняли?

— Что касается макроэкономической ситуации, которая сложилась после введения режима повышенной готовности и самоизоляции в России, то здесь были серьезные опасения, что остановка огромного количества бизнесов приведет к серьезному ухудшению платежеспособного спроса во всех сферах, в том числе и нашей. Однако существует мнение, что покупка произведений искусства имеет определенный психотерапевтический эффект.

Как известно, во времена кризисов и Великой депрессии в США очереди выстраивались не за хлебом, а в кинозалы и на другие мероприятия, связанные с индустрией развлечения и искусством. Потому что людям надо отдохнуть душой, почувствовать себя причастными к чему-то высокому и вдохновляющему. Наверное, поэтому, в первую очередь, наши продажи только росли в этот период.

— Как сейчас вы проводите аукционы?

— За время удаленной работы не раз ловил себя на мысли, что так все комфортно организовано на аукционной площадке, что даже не хочется возвращаться обратно в зал. За последние 4–5 летнаши клиенты процентов на 80 ушли из зала в онлайн. Если в 2000-х годах мы собирали залы по 80, 90 и иногда больше 100 человек, то сейчас ситуация изменилась.

Это общемировая тенденция, и изменений особых мы не заметили. В зал приходят не ключевые клиенты: либо владельцы вещей, либо покупатели, которые не боятся показать свое лицо. Обычно покупатели хотят соблюсти свою конфиденциальность и современные технологии в этом хорошо помогают, ну и еще дают экономию средств, времени и возможность передвижения.

— Как восстанавливается ваш бизнес после выхода из карантина?

— Ситуация с коронавирусом не принесла нам сильных изменений: кризис начался несколько раньше текущих событий. Цены сильно снизились, но по-прежнему есть большой интерес к редким вещам и за ними идет охота. Многие вещи только растут в цене, но я оцениваю их в рублевом эквиваленте, сложно оценить их в связи с инфляцией и курсами валют. Но уникальные вещи в рублевом эквиваленте действительно хорошо растут в цене.

— С какими трудностями сейчас приходится сталкиваться?

— Основные трудности, как ни парадоксально, никак не связаны с карантином, а, в первую очередь, с общим экономическим кризисом, который случился далеко не вчера. В нашей сфере мы пережили столько кризисов, что понимаем — они примерно одинаково работают. Средний ценовой сегмент падает, но это происходит уже на протяжении года, а может, и больше. Сравнивая продажу аналогичных вещей, видно, что если раньше они могли уходить и по 100 тысяч и выше, то сейчас — по 10–15 тысяч рублей. Поэтому сейчас самое благодатное время для покупателей: когда возможно приобрести на аукционе предмет, который априори будет стоить гораздо больше, как только экономическая ситуация улучшится.

— Возможна ли вообще коммерциализация и дальнейшая жизнь тех идей, которые сработали во время самоизоляции?

— Многое из того, что мы использовали за прошедшие два месяца и продолжаем развивать и тестировать сейчас, надеюсь, станет неотъемлемой частью новых бизнес-процессов. Например, сейчас мы развиваем полноценную систему онлайн-записи наших клиентов в различные отделы по разным вопросам. Родилась она в ответ на меры по соблюдению социальной дистанции в офисе, а сейчас показывает очень хорошие результаты в планировании времени персонала, ликвидации очередей и сведении к минимуму времени ожидания для клиентов.

На 50–60% возросла за время карантина курьерская доставка приобретенных товаров по Москве. Это также помогло сэкономить время для наших клиентов: не ехать за товаром, не стоять в очереди на оплату и прочее, а сразу получить его на указанный адрес. Сейчас мы также совершенствуем услуги, связанные с оформлением заказов на доставку.

Все больше покупателей отказываются от очного присутствия в аукционном зале в пользу удобной дистанционной онлайн-платформы для покупок на аукционе. И ситуация с карантином, безусловно, ускорила этот процесс.

— Как закончится этот год? Что, по-вашему, будет происходить с вашим бизнесом в городе, стране?

— То, чем мы занимаемся, это история почти вечная: антиквариат и предметы коллекционирования продавали и в войны, и в очень тяжелое время, все зависит от цены. В одно время редкую книгу можно купить за сотни тысяч долларов, а в другое — за килограмм масла. Мы пережили не один кризис, эти «американские горки», и дальше все будет зависеть от общего экономического состояния. Никуда не денется торговля антиквариатом и предметами искусства, другое дело, что может быть тяжелее.

Падение экономики вниз через некоторое время будет скомпенсировано скачком вверх. Количество коллекционеров не меняется, оно достаточно стабильно — уходят одни, приходят другие. Мы-то мечтали, чтобы их становилось все больше и больше, но вот за последние 10 лет этого так и не произошло. Но хорошо и то, что их не становится меньше.

Фото: И. Филимонова
Источник

20 июня 2020 года

Аукцион №247
16 июля 2020 года, начало в 19:00

Аукцион №252. Автомобили
26 июля 2020 года, начало в 15:00